Меню

Как вакцины изменили мир Прививка от ОСПЫ

Как вакцины изменили мир. Прививка от ОСПЫ

Оспа — одна из древнейших инфекционных болезней, буквально косившая жителей разных стран и континентов на протяжении многих веков. Это особо опасная болезнь, характеризуется тяжёлым течением, лихорадкой, сыпью на коже и слизистых оболочках, нередко оставляющей после себя рубцы. Около 30% заразившихся оспой умирали, нередко в муках, потому что все их тело покрывалось гнойными нарывами. Остальные слепли или оставались на всю жизнь с ужасными отметинами на коже. Наибольшее распространение в мире оспа получила в 18-м веке. В отдельные годы в Европе ею заболевало до 10−12 миллионов человек.

В конце XVIII века несколько наблюдателей обратили внимание на коровью оспу, которая проявлялась в виде пустул, пузырьков с гнойным содержимым на вымени, очень напоминавших оспенные высыпания у человека. Однако коровья оспа у животных протекала значительно доброкачественнее, чем натуральная оспа у человека. Доярки часто переносили коровью оспу и впоследствии не заражались натуральной.

Коровья оспа на вымени:

а — коровья оспа на вымени;
б— пустула на руке человека, заболевшего коровьей оспой.

Открытие эффективной оспенной вакцины принадлежит английскому врачу Эдварду Дженнеру, который сделал в 1796 году прививку коровьей оспы восьмилетнему мальчику, у которого эта болезнь развилась только на двух привитых местах, протекала нормально и через полтора месяца Дженнер привил ему уже натуральную человеческую оспу, которая не принялась. Был сделан вывод, что перенесение коровьей оспы сообщает невосприимчивость к натуральной. В 1800 году вакцинация была признана обязательной в английской армии и на флоте. В 1807 году Бавария стала первым регионом, где оспопрививание было сделано обязательным для населения.

Одни из многочисленных картин изобразившие момент прививки:

В первые годы после изобретения вакцинации она производилась с руки на руку это значит что коровья оспа прививалась одному человеку, затем, через несколько дней, отделяемое снималось с места прививки и использовалось как материал для следующей вакцинации. При этом способе проводилось повреждения оспинки на руке у привитого, что часто вызвало воспаление в месте прививки и замедляло заживление ранки. Кроме того, вместе с коровьей оспой могли передаваться возбудители различных болезней, в том числе сифилиса и рожи.

В результате чего было принято решение использовать животную лимфу. Снятую у телят оспу начали прививать людям и так же другим телятам. Со времени употребления телячьей оспы оспопрививание стало доступно массам, так как стало возможно добывать потребный оспенный материал в любом количестве, весьма дёшево и распространять оспопрививание.

В России же прививку первой от оспы( методом вариоляцией) сделала себе Екатерина Вторая в 1768 году, тем самым желая подать пример подданным. Мальчик, у которого был взят материал, получил дворянство, фамилию Марков-Оспенный и герб с изображением руки с прививкой.

Метод, называемый вариоляцией, заключался в том, что на руке пациента делали надрез, куда помещали оспенный материал, взятый от больного человека (безопасную вакцину на базе коровьей оспы английский врач Эдвард Дженнер разработал лишь в 1796 году). Если все проходило удачно, привитый болел оспой в легкой форме, после чего уже не мог заразиться. Этот метод был открыт турками. Сначала они опробовали вариоляцию на преступниках, затем на сиротах из приюта, а потом, когда все испытуемые выжили (смертность этим методом составляла

2% для тех лет вполне приемлемым риск), привили и королевскую семью.

Екатерина II очень боялась оспы. После того как в 1768 году от этой болезни умерла графиня Шереметева, жених которой — граф Никита Панин — был наставником ее сына цесаревича Павла (будущего императора Павла I), Екатерина приняла решение сделать прививку. Из Лондона был выписан врач Томас Димсдейл, «оспенную материю» он взял у шестилетнего Саши Маркова. На случай своей смерти императрица распорядилась держать наготове упряжку почтовых лошадей, чтобы врач мог срочно уехать из страны и избежать самосуда. Через шесть дней после прививки у Екатерины начались признаки недомогания, она уединилась в Царском Селе. Но все окончилось благополучно: еще через неделю императрица поправилась. Сразу после этого по примеру Екатерины в очередь на прививку от оспы записались 140 аристократов — прививаться стало модно.

Однако существование открытой Дженнером вакцины не помогало победить болезнь в глобальном масштабе, оспа даже в начале 20-го века продолжала оставаться наиболее распространенной вирусной инфекцией. Очаги оспы существовали в Азии, Африке и Южной Америке, представляя возможную угрозу эпидемий при ослаблении предупредительных мер.

В 1958 году на XI сессии Всемирной ассамблеи здравоохранения было принято предложение о ликвидации оспы во всем мире. Было установлено проведение глобальной программы, в результате которой общими усилиями удалось постепенно побороть это заболевание. В 1971 году оспа была ликвидирована в Южной Америке, через четыре года — в Азии, еще через два — в Африке, где и был 26 октября 1977 года зарегистрирован последний случай оспы в мире. Еще ровно через год, ВОЗ объявила вирус оспы уничтоженным в природе. Сейчас он существует только в лабораторных условиях.

К слову почти через сто лет Луи Пастер в знак уважения к Дженнеру предложил назвать все основанные на принципе создания искусственного иммунитета препараты вакцинами: от французского слова vache — «корова».

Источник

Вирус и корона

Вирус — самая жестокая форма демократии. Равны перед ним все, от высокого вельможи до последнего бродяги. Но история знает случай, когда перебороть грозную болезнь помог не только иммунитет, но прежде всего — сила характера и особо важный статус пациента.

В разгар свирепой эпидемии оспы, 12 (23) октября 1768 года, императрица Екатерина II первой в России сделала себе, а затем и наследнику престола, 14-летнему Павлу Петровичу, прививку от страшной болезни. Пошла на огромный риск. Одержала победу. И стала для подданных примером не только, как сейчас сказали бы, «ответственного отношения к здоровью». Но и гораздо более важных вещей — которые и нынешним руководителям разного калибра хорошо бы взять за образец.

История эпидемии

Эпидемия 1768 года была в России далеко не первой. Болезнь на протяжении веков ходила по континентам кругами и волнами. Умирали от оспы до 40% зараженных, особенно часто — маленькие дети (в России — каждый седьмой ребенок). Если вы не видели фотографии больных, то и не надо — они ужасны. Оспа уносила до миллиона жертв в Европе, в России больше. Не обходила высоких вельмож — в 1730 году от нее умер последний потомок Петра I по мужской линии, 14-летний Петр II.

Г. Молчанов. Портрет Петра II. 1730 год.

Сама Екатерина II оспой не болела, но очень ее опасалась. Оспу незадолго до свадьбы перенес ее жених, царь Петр Федорович — и до конца жизни страдальчески смотрел в зеркало на свое изуродованное лицо. Екатерина откровенно признавалась в письме прусскому королю Фридриху II:

«С детства меня приучили к ужасу перед оспою, в возрасте более зрелом мне стоило больших усилий уменьшить этот ужас. Весной прошлого года (1768 — Авт.), когда эта болезнь свирепствовала здесь, я бегала из дома в дом. не желая подвергать опасности ни сына, ни себя. Я была так поражена гнусностию подобного положения, что считала слабостию не выйти из него. Мне советовали привить сыну оспу. Я отвечала, что было бы позорно не начать с самой себя и как ввести оспопрививание, не подавши примера? Я стала изучать предмет. Оставаться всю жизнь в действительной опасности с тысячами людей или предпочесть меньшую опасность, очень непродолжительную, и спасти множество народа? Я думала, что, избирая последнее, я избрала самое верное. «

Читайте также:  Фигыль темасын кабатлау йомгаклау өчен биремнәр тест 7 класс

А. Антропов. Портрет Екатерины II. 1766 год.

История выбора

В этих строках — суть характера императрицы. Да, болезнь жертв не выбирает. Но выбор есть у человека — заранее смириться или встать «из окопа в атаку». Екатерина была красавицей — статная, с прямой спиной, густыми каштановыми волосами и прекрасным цветом лица. В 1768 году ей было всего 39 лет. Ни смерть, ни уродливые шрамы в ее планы не входили. Потеря сына и близких — тем более.

Но главное — Екатерина была монархом не обычным, а просвещенным. И, действительно, умела, как она выразилась, «изучать предмет».

Ее письмо Фридриху II — стремление переубедить категорического противника оспопрививания. Задача сложная. В те годы лишь в Англии врачи рисковали делать от оспы прививки. Британцы переняли метод в 1718 году от турок, опробовали — без малейшего сочувствия — на преступниках-смертниках и воспитанниках сиротских приютов. А когда опыт удался, сделали прививку даже семье короля Британии Георга I.

Метод прививок тогда был один — вариоляция, когда здоровому человеку через разрезы на руке протягивали нитки или ткань, смоченную в содержимом оспенных пузырьков (пустул) больного. Инфекция попадала в кровь, человек заражался. Смертность после вариоляции составляла 2%, то есть в 20 раз меньше обычной. Но риск сохранялся, и после гибели нескольких знатных персон прививок стали бояться. Во Франции их и вовсе запретили в 1862 году специальным актом парламента.

Опасались прививок и в России. Как писал историк С.М. Соловьев, «медики вопили против безумной новизны, вопили против нее проповедники с кафедр церковных. Екатерина решила собственным примером уничтожить колебание русской публики».

Трусливой императрица не была никогда, а предусмотрительной — всю жизнь. К выбору доверенного врача подошла серьезно. Самым искусным в прививочном деле в то время считался англичанин Томас Димсдейл (Thomas Dimsdale).

На него и пал выбор императрицы.

История болезни

За несколько месяцев до этого большую экспертно-разведывательную работу провели российские дипломаты и шпионы. В том числе бывший резидент русской разведки в Стокгольме, воспитатель цесаревича Павла граф Никита Панин и русский посланник в Лондоне Алексей Мусин-Пушкин. Миссия была выполнена быстро и деликатно, и летом 1768 года Димсдейл вместе с сыном прибыли в Санкт-Петербург. К тому времени тревога при дворе почти дошла до отметки «паника»: в конце мая, накануне своей свадьбы, от оспы скончалась молодая графиня Шереметьева, жених которой был наставником юного цесаревича Павла.

И. Аргунов. Портрет графини А.П. Шереметевой-младшей.

Кольцо инфекции сжималось.

Как была сделана прививка высочайшей пациентке и как протекала ее болезнь, Димсдейл рассказывает в своих воспоминаниях подробным языком амбулаторной карты. Четвертое издание его труда «Нынешний способ прививания оспы. » увидело свет в Санкт-Петербурге в 1870 году в русском переводе «порутчика Луки Сичкарева» и хранится сейчас в фондах Государственного исторического музея.

Труд Томаса Димсдейл»Нынешний способ прививания оспы. «.1770 год.

Источник



История вакцинации: от гарема до мальчиков Эдварда Дженнера

Более двух с половиной веков назад, 17 мая 1749 года родился Эдвард Энтони Дженнер, который придумал, как спасти мир от смертельной болезни и с успехом это осуществил. Благодаря великому английскому ученому, у человечества теперь есть вакцины — надежная защита от целого ряда крайне опасных инфекций. MedAboutMe рассказывает об истории Эдварда Дженнера и его открытии.

Черная оспа и цивилизация

Когда мы сегодня говорим об оспе, то в первую очередь вспоминаем о ветрянке — ветряной оспе, которая вызывается вирусом герпеса и не является для современного человека чем-то пугающим. Но история вакцинации начинается с другой, натуральной, или черной оспы. Это тоже вирусное заболевание, которое вызывают вирусы Variola major, убивающий от 20 до 90% зараженных, и Variola minor с летальностью 1-3%.

Черная оспа — настолько древнее заболевание, что ученые расходятся в оценках времени его происхождения. Оно уже убивало предков человека за 10 тысяч лет до нашей эры. Следы оспы ученые находят на лицах фараонов. Когда-то из Африки при помощи египтян вирус перебрался в Индию и в Китай, а в V-VII веках добрался до Японии, где убил треть населения, и до Европы. Оттуда конкистадоры из Португалии и Испании завезли вариолу на территорию нынешней Америки, что сыграло существенную роль в исчезновении цивилизаций инков и ацтеков. В XVIII веке дополнительным фактором распространения инфекции на территории будущих США стала работорговля.

Смертность от оспы на тот момент составляла от 20 до 60%. Сегодняшним противникам вакцин следует знать, что в XVIII, уже вполне просвещенном веке в Европе от оспы ежегодно умирали 400 тысяч человек (а по некоторым данным — до 1,5 млн). Треть переболевших и выживших теряла зрение, а большинство из них до конца жизни носили на своем теле обезображивающие рубцы. Но при этом больше они никогда не заболевали оспой.

Вариоляция: в шаге до вакцины

Удивительную невосприимчивость к вирусу у уже переболевших оспой людей человечество заметило очень давно. По свидетельствам историков, уже в 430 г. до н. э. люди, пережившие оспу, должны были ухаживать за больными.

Неудивительно, что человечество попыталось использовать это наблюдение и придумало процедуру вариоляции (она же инокуляция), которая должна была вызывать легкую форму болезни. Первые свидетельства об этой операции были обнаружены в документах Древнего Китая и Индии. А в источниках 1670 года, например, сообщается о практике вариоляции обитательниц гарема турецкого султана в Стамбуле. Причина была проста: легендарная красота женщин должна была остаться неприкосновенной.

Что же такое вариоляция? Лекари использовали гнойные корочки людей, больных оспой. Эти корочки высушивались, перетирались в порошок и втирались в кожу, вносились в надрез на коже или вдувались в нос здорового человека. В других вариантах под кожу вводили жидкость из пустул больного оспой. Одним везло, равно как и их родственникам: легко переболевший пациент становился неуязвим для вируса. А вот другие были не столь удачливы: их болезнь развивалась тяжело, а сами они превращались в источник смертельно опасной инфекции для окружающих их людей. Смертность от вариоляции составляла 2-3%. Что, конечно, все равно было в 10 раз меньше, чем летальность самой оспы.

В начале XVIII века о вариоляции узнали лекари Англии. После нескольких экспериментов над заключенными и детьми-сиротами процедуру прошли члены королевской семьи — под тщательным наблюдением медиков. После чего новая методика получила всеобщее признание. Некоторые королевские особы Австрии, Франции и даже России (Екатерина II и ее сын) были привиты именно этим способом.

Чтобы остановить эпидемию оспы, врачи стали прививать обычных людей. В 1757 году вирус был введен 8-летнему мальчику, одному из тысяч маленьких англичан, попавших под проект вариолизации населения Англии. Мальчик переболел легкой формой оспы и впоследствии стал отцом-основателем вакцинации. Этим ребенком был Эдвард Дженнер.

Эдвард Дженнер, мальчик и оспа

Э.Дженнер был классическим ученым того времени — его скорее следует называть естествоиспытателем. Он интересовался абсолютно всем: занимался классификацией новых видов, которые привез в Англию легендарный капитан Джеймс Кук, экспериментировал с человеческой кровью, изучал геологию и воздухоплавание (и даже сам построил воздушный шар на водороде и пролетел на нем 12 миль), интересовался поведением кукушек, миграцией птиц и зимней спячкой ежей. Благодаря медицинскому образованию, Дженнер усовершенствовал способ получения так называемого рвотного камня. Попутно он играл на скрипке в местном клубе и писал стихи.

Читайте также:  Тест с ответами Власть и церковь Церковный раскол

Благодаря такой любознательности, Дженнер сделал шаг, который впоследствии вывел человечество на новый уровень в области медицины. Он задумался над фактом, известным любой доярке того времени: если переболеть коровьей оспой, то смертельная черная оспа будет не страшна. В 1796 году Дженнер взял образец жидкости из пустул на руках молодой доярки, заболевшей коровьей оспой, и ввел его 8-летнему Джеймсу Фиппсу. Через 1,5 недели легкой лихорадки и увеличенных лимфоузлов мальчик выздоровел. А через 2 месяца Дженнер ввел ему образец жидкости из тканей больного уже самой настоящей, черной оспой. И ничего не произошло, ребенок не заболел.

Ученый повторил эксперимент 23 раза и через 2 года обнародовал результаты своих изысканий, где впервые назвал проведенную им процедуру вакцинацией. В том же 1798 году вакцинацию от оспы ввели в английской армии и на флоте, что быстро привело к снижению смертности от черной оспы в 3 раза.

Новый метод стал главным делом жизни Эдварда Дженнера. Удивительно, но он не сделал никаких попыток обогатиться на нем, хотя его частная практика и личная жизнь на фоне увлечения вакцинацией стали приходить в упадок. В 1802 году британский парламент наградил его за разработку метода вакцинации 10 тысячами фунтов стерлингов, а через 5 лет постановил выдать еще 20 тысяч. Но Дженнер не получил этих денег. Несмотря на то, что его методика подвергалась нападкам и насмешкам, он продолжал работу. Постепенно вакцинация сменила вариоляцию. А в 1840 году последняя была запрещена на территории Англии.

Вакцинация и вариоляция: что именно сделал Дженнер?

Важность открытия Дженнера заключается в том, что он предложил заменить высококонтагиозный (то есть, очень заразный) вирус, полученный от больного человека, на очень похожий, но более слабый вирус, взятый у больной коровы. Впоследствии вместо патогенного микроорганизма, атакующего другой вид и потому неопасного для человека, для вакцинации стали брать «настоящий» смертельный вирус, но очень ослабленный, чтобы он не мог причинить вреда.

Дженнер не был первым человеком, кто применял коровью оспу для защиты от ее человеческой версии. Еще в 1774 году фермер В. Джести из Англии использовал оспенные корочки, чтобы привить свою супругу и детей во время вспышки оспы. Семейство заболело, соседи были возмущены жестоким обращением с бедной женщиной и малышами. Но через некоторое время соседи умерли, а семья Джести — нет. В 1791 году аналогичным образом спас своих близких фермер П. Плетт из Пруссии.

Но именно Дженнер свел воедино все имеющиеся на тот момент факты и данные наблюдений и поставил научный эксперимент. Впоследствии он стал пересевать вирус от человека к человеку. Он брал оспенные корочки у зараженного коровьей оспой пациента и прививал следующего больного порошком, полученным из этих корочек, а не от коров. Кстати, попутно он доказал, что вирус можно таким образом хранить для проведения массовых вакцинаций вне зависимости от наличия больных коров в окрестностях.

Источник

1799: Первая вакцинация против оспы

—> +7 926 604 54 63 address

 Эдвард Дженнер, изобретатель профилактической противооспенной вакцины.

Эдвард Дженнер, изобретатель профилактической противооспенной вакцины.

Долгие годы натуральная или чёрная оспа считалась не просто болезнью, а божьим наказанием. И неудивительно — на рубеже XVII—XVIII вв. она ежегодно уносила жизни 400 тыс. европейцев, при том, что всё население Европы в то время составляло около 100 млн человек.

С другой стороны, отношение к оспе как к бичу божьему сильно затрудняло борьбу с этой инфекцией. Ещё в Средние века люди заметили, что человек, переболевший оспой однажды, становится невосприимчив к болезни на всю оставшуюся жизнь. Тогда же появилась идея заражаться специально, в тот момент, когда организм в лучшей форме и шансы пережить болезнь максимальны. Однако эта идея не получила поддержки учёных Парижского медицинского факультета, назвавших её «средством магии» и решительно отвергнувших.

В то же время жители Китая и Индии столетиями защищались от оспы, вводя здоровым людям содержимое оспенных пузырьков больных или надевая одежду умерших от оспы. Как правило, это приводило к тому, что «привитый» заболевал — но болезнь протекала в лёгкой форме, с образованием 20—30 пустул. В Европе такая «прививка» получила название «вариоляция» (от лат. variola — оспа). Привезена она была в 1721 (по другим данным — в 1717 или в 1718) году женой английского посла в Константинополе леди Мэри Уортли Монтегю (Mary Wortley Montague). К сожалению, вариоляция не только защищала от оспы, но и способствовала её распространению и даже послужила причиной нескольких эпидемий. Поиски более безопасного средства борьбы с оспой продолжались.

Британский врач Эдвард Дженнер (Edward Jenner) во время борьбы с очередной эпидемией заметил, что доярки, перенёсшие безобидную коровью оспу, никогда не заболевают оспой натуральной. Более того, информация о защитной силе коровьей оспы была широко распространена среди крестьян. Они знали, что пустулы коровьей оспы остаются в месте заражения, не распространяясь по телу, а затем заживают, оставляя после себя несколько малозаметных рубцов.

Чтобы удостовериться, что коровья оспа действительно предохраняет от заражения натуральной оспой, Дженнер подверг нескольких перенёсших коровью оспу добровольцев вариоляции — и ни один из них не заболел.

На следующем этапе своей работы Дженнер решил использовать вместо коровьего гноя жидкость, полученную из пустул привитых людей. 14 мая 1796 г. он привил таким образом 8-летнего мальчика по имени Джеймс Фиппс. Вскоре после прививки вокруг надреза появилось покраснение и характерные пузырьки, температура тела повысилась — но этим дело и ограничилось. В 1798 г., когда окончательно стало ясно, что прививка работает, Дженнер опубликовал сочинение «Исследование причин и действие коровьей оспы», в котором детально описал своё открытие. Труд был выпущен в свет, несмотря на то, что члены Лондонского королевского общества (Royal Society) рекомендовали Дженнеру «не рисковать своей репутацией представлением учёному органу всего, что выглядит таким расходящимся с установившимся знанием».

Источник

Первые вакцины: восторг и сопротивление

Вакцины против оспы и бешенства изменили отношение человечества к фатальности опасных инфекционных заболеваний.

Оспа, в отличие от чумы и холеры, которые набегали и исчезали, присутствовала среди людей постоянно, и защищаться от неё способом так называемой вариоляции (от латинского variola — «оспа») начали ещё в древности в Индии и Китае. Здоровому человеку втирались в надрезанную поверхность кожи или вдувались в нос высушенные и растёртые оспенные корочки больного.

В начале 18-го века идею вариоляции привезла из Турции в Англию леди Монтегю, жена британского посланника. Новый метод оказался чрезвычайно востребован. Ежегодно от оспы погибали сотни тысяч людей, а те, кто выжил, оказывались жестоко изуродованы шрамами. Гладкая кожа считалась редкостью, и, скажем, во Франции, когда полиция объявляла кого-нибудь в розыск, в качестве особой приметы могло указываться: «знаков оспы не имеет».

1.jpg

Первую вариоляцию сделали шестерым заключённым Ньюгейтской тюрьмы, которым обещали амнистию, и детям из приютов. Эти богоугодные заведения в дальнейшем станут главными полигонами для испытания вакцин. Убедившись, что никто из подвергшихся вариоляции не заболел, на неё решились члены английской королевской семьи и придворные. Постепенно вариоляция распространилась по Европе и попала в Америку, где её поддержали отцы-основатели. Но при передаче «от руки к руке» могли заноситься другие заболевания, и требовалось иное решение проблемы. Оно было найдено английским врачом Эдвардом Дженнером, сделавшим в 1796 году прививку вируса коровьей оспы восьмилетнему Джеймсу Фиппсу.

На Дженнера сразу же обрушилась мощная критика. Возражения приводились разные — от недоверия к медицине и науке до объявления вакцины «нехристианской», так как она произошла от коров. Распространялись слухи, что в вакцине Дженнера содержится «яд гадюки, кровь, внутренности и экскременты летучих мышей, жаб и слепых щенят». Была даже издана специальная папская булла, где оспопрививательные учреждения назывались еретическими и революционными, а прививки — вызовом Божьей воле.

Читайте также:  Страхование представляет собой тест с ответами

Наиболее мощное антипрививочное движение возникло в Англии. Там в 1853 году был издан закон об обязательной вакцинации новорождённых против оспы, а родителей, отказывающихся сделать это, штрафовали на 20 шиллингов. В ответ противники вакцинации объединились в лиги, которые размножились, как грибы. Самая крупная акция состоялась в 1885 году в городе Лестере, где прошёл марш, объединивший около 100 тысяч демонстрантов, нёсших плакаты, детские гробы и чучела Дженнера.

2.jpg

Мощное противодействие вакцинам привело к тому, что штраф за отказ от вакцинации был отменён, а в английском законодательстве появилось положение о том, что если родителям «не велит совесть», они освобождаются от обязательной вакцинации детей. Неожиданным продолжением этой истории стало возникновение термина «отказ от военной службы по соображениям совести».

Дальновидные военачальники, кстати, сразу же оценили положительный эффект прививок, и в 1805 году Наполеон приказал вакцинировать всю свою армию. Менее прозорливые полководцы теряли солдат. Во время Франко-прусской войны 1870 года французская армия оказалась не вакцинированной против оспы и 23 400 солдат погибли от этой инфекции. В прусской же армии, получившей защитную прививку, умерло всего 278 человек. Войну, как известно, французы проиграли.

Из Англии антипрививочное движение перекинулось в США, где уже давно возникали стихийные протесты и совершались покушения (иногда удачные) на врачей. И ко второй половине 19-го века во многом из-за успешности кампаний антивакцинаторов в мире вновь возросло количество случаев заболевания оспой.

3.jpg

В России прорыв в борьбе с оспой произошёл при Екатерине II. Императрица панически боялась заразиться и, взойдя на престол, сразу же издала указ об учреждении особых домов, в том числе и «оспяных», для больных «опасными и прилипчивыми болезнями». Этого оказалось недостаточно. В народе говорили, что «у многих англичан, коим учинено оспенное привитие, выросли коровьи рога». Тогда императрица решила подать стране пример и сделать себе вариоляцию. Для этого из Англии был вызван известный врач Томас Димсдейл, который тайно ночью 12 октября 1768 года сделал прививку императрице, а затем, после её полного выздоровления, 14-летнему великому князю Павлу Петровичу.

То, что произошло дальше, сейчас назвали бы грандиозной пиар-кампанией. Столица была иллюминирована, звонили колокола, произносились торжественные речи и оды. Сенат издал указ о принесении императрице и наследнику престола «благодарения за великодушный и знаменитый подвиг» и установлении в честь него 21 ноября торжества, которое объявлялось выходным днём и должно было праздноваться ежегодно. Вариоляция мгновенно вошла в моду у дворянства. Правительство стало посылать в разные концы страны врачей и лекарей, а год спустя родителям в качестве поощрения за то, что они не препятствуют прививать своих детей, стали выдавать серебряный рубль.

Массовую прививочную кампанию продолжил император Александр I, при котором были учреждены особые Оспенные комитеты, в обязанности которых входили организация вакцинации и её пропаганда. Но народ власти не доверял, административных мер оказалось недостаточно, и правительство организовало весьма креативную агитационную кампанию — по всей стране стали распространяться лубки с короткими стихами или рифмованными лозунгами в духе частушек, в которых под портретами довольных красавцев (красавиц) стояло: «Как видишь, чист лицом, кровь с молоком, здоров — мне оспа привита безвредная с коров!»

Проводить «санитарно-просветительскую работу» правительство поручило духовенству. Священнослужителей законодательно обязали «преклонять прихожан своих к принятию сего спасительного средства», и священников, называвших вакцинацию «неслыханным фармазонством» и препятствующих её распространению, быстро и жёстко поставили на место.

И всё же сопротивление прививкам, которые считались «печатью Антихриста», у простого люда оставалось, принимая порой самые изуверские формы (были случаи, когда матери ножом выскабливали у детей прививки).

4.jpg

В царствование Николая I учредили золотые и серебряные медали, которые получали лица, проявившие себя в деле привития натуральной оспы, а во второй половине 19-го века к пропаганде вакцинации присоединилось земство. Земские врачи проявляли в борьбе с эпидемиями невероятную самоотверженность, в иные годы около 60% из них умирали, заразившись от больных. Многие медики становились жертвами насилия. Так, во время одного из холерных бунтов был выкинут из окна и погиб двоюродный дедушка Ленина доктор Дмитрий Бланк.

В 19-м веке вакцинация против оспы стала обязательной во всех европейских странах, в России это сделать не удалось. Препятствием была огромная территория с плохо развитой транспортной и медицинской инфраструктурой, нехватка и низкий уровень квалификации медицинского персонала, злоупотребления чиновников и многое другое. К 1910 году обязательную вакцинацию против оспы проходили только дети, поступавшие в учебные заведения, новобранцы, железнодорожные служащие и ссыльные.

Первое в отечественной истории решение о всеобщей обязательной вакцинации было принято 10 апреля 1919 года. Тех, кто уклонялся от оспопрививания, лишали продовольственных карточек, заработной платы, им отказывали в прописке и так далее. В трудовую книжку, свидетельство о рождении вносили сведения, подтверждающие факт иммунизации. После окончания Гражданской войны был издан новый закон, устанавливающий обязательность оспопрививания для трёх возрастных групп.

Глобальная ликвидация оспы была в конечном итоге достигнута после выявления в Сомали 26 октября 1977 года последнего случая заражения в естественных условиях.

Само слово «вакцина» (от латинского vacca — «корова») ввёл Луи Пастер, увековечив, таким образом, память Дженнера. Но если английскому учёному повезло — его жестоко критиковали, но не преследовали, то Пастеру пришлось пережить беспощадную травлю.

В 1885 году он на основе высушенного мозга заражённых кроликов создал вакцину против бешенства. Казалось, что открытие Пастера, позволяющее излечить болезнь, должно было быть встречено научным сообществом с энтузиазмом, но этого не произошло. Прививка вводилась уже после заражения, в ней находился ослабленный, но живой возбудитель бешенства, и это шло вразрез с существующими тогда представлениями о вакцинации.

5.jpg

За год в лаборатории Пастера прошли профилактическое лечение 1638 человек, искусанных бешеными животными, из них не удалось спасти 15, и тщетно Пастер пытался объяснять, что они обращались слишком поздно. В январе 1887 года на заседании французской Академии медицины Пастера напрямую обвинили в том, что он убивает своей вакциной людей. Учёного называли шарлатаном и отравителем, а его лабораторию — кухней античной отравительницы Локусты и гнездом заразы. Прокурор республики даже поднял вопрос об остановке проведения пастеровских прививок.

Но они уже проводились по всему миру. В России, при непосредственной помощи Пастера и его сотрудников, были открыты семь пастеровских станций. В Петербурге станция возникла благодаря случаю: в ноябре 1885 года взбесившейся собакой был укушен офицер гвардейского корпуса, которым командовал принц Александр Петрович Ольденбургский. На средства принца, который был лично знаком с Пастером, гвардейца направили в Париж для лечения, а сопровождавшему его врачу было поручено ознакомиться с приёмами приготовления «яда бешенства». 13 июля 1886 года состоялось открытие петербургской пастеровской станции.

Постепенно из чисто практического учреждения она превратилась в научную лабораторию, а в 1890 году при активном участии принца Ольденбургского из неё вырос Императорский институт экспериментальной медицины (ИИЭМ), на базе которого затем была создана Академия медицинских наук СССР.

Вслед за бешенством вскоре появились вакцины против столбняка, холеры, брюшного тифа… Борьба с эпидемиями продолжилась, и у каждой новой вакцины была своя драматичная история, свои гении, злодеи и герои.

Источник